Бета: ямила
Персонажи: м/м/м, м/м
Рейтинг: NC-17
Жанры: Слэш (яой), Ангст, Hurt/comfort
Предупреждения: Насилие, Изнасилование, Нецензурная лексика, Групповой секс, Кинк
Размер: Миди
Статус: закончен

Описание:
Когда убивают родителей, а компаньон лишает всего, то остается одна дорога....


Пролог


- Встать, суд идет! - произнес судья, с безразличным видом глядя на того, кому сейчас должны были вынести приговор.

.............

- Суд постановил... Вынести приговор... - далее шла череда протокольных терминов. - Двадцать пять лет строгого режима.

В зале поднялся ропот: удивление, крики, возгласы, вздохи. Кто-то смотрел на осуждённого с сожалением, кто-то с радостью, а кто-то и вовсе с недоумением. Многие до сих пор не могли поверить в то, что перед ними на скамье подсудимых сидел самый неуловимый и самый лучший киллер века, о жестоких убийствах которого ходили легенды. Он брал только те заказы, от которых многие отказались или не смогли выполнить. О его работе не знал никто, кроме самых доверенных лиц. Ведь самая лучшая гарантия свободы для киллера - это когда никто не знает его в лицо, но эффективность и оригинальность выполнения заказов поражали воображение.

Глядя на парня, было чему удивляться. За решеткой сидел молоденький парнишка. С виду подросток, не старше семнадцати. Пшеничные волосы были коротко стрижены, личико довольно хорошенькое и если бы не застывшее на нем выражение злой отчужденности, его вполне можно было бы принять за девичье. О росте парня можно было только догадываться. Длина ног, облаченных в чёрные брюки, говорила о том, что немалого. Среднее телосложение с развитой мускулатурой. Глядя на парня можно было подумать, что он оказался здесь по ошибке. Если бы не колючий, цепкий взгляд голубых глаз, его можно было принять за ангела.

Вокруг клетки, в которой сидел подсудимый, стояло около десяти человек конвоя, так как преступник был слишком опасный. Несмотря на его внешность, слухи о жестокости этого парня не оставляли равнодушным никого. И после вынесения приговора, подсудимого окружили плотным кольцом готовясь сопровождать на выход. А парнишка, окинув последний раз взглядом зал, замер, и, горько усмехнувшись, еле слышно прошептал, не отрывая взгляда от знакомых внимательных глаз:

- Земля круглая, встретимся еще, друг мой.

Договорить парнишке не дали, конвоиры стали толкать его в спину, принуждая идти быстрее. И он не стал заставлять себя ждать.


* * *


Парня звали Максим Корнеев. Он был единственным сыном в семье олигархов. Им принадлежали сети ресторанов по всему миру. А также сеть отелей, в основном на востоке. У отца Макса был компаньон, Назар Кириллович, который помогал ему в управлении.

Парнишка жил в свое удовольствие и горя не знал, но своим состоянием никогда не кичился. Более того, всегда стремился как-то ненавязчиво помочь тому, кто в этой помощи нуждается, пока не случилась трагедия. Когда Максу исполнилось семнадцать лет, его родителей убили прямо у него на глазах.

Придя из школы раньше обычного, он подошел к компьютерному столу, намереваясь включить комп и зайти в инет, пообщаться со знакомыми, но вдруг услышал вскрик матери, а затем хлопок, как будто стрельнули хлопушкой. А так как парнишка любил в свободное время читать детективы, то каким-то шестым чувством он понял, что это был пистолет с глушителем. Затем послышался второй хлопок, значит и отца убили. Когда раздались шаги, парнишка только успел залезть под стол, который был повернут к окну, а со стороны двери стояла закрытая стенка, поэтому того, кто находился под столом и не было видно. Войдя в комнату, убийца окинул ее взглядом, и, не заметив ничего подозрительного, удалился осматривать дом дальше, а Макс сидел затаив дыхание, его била мелкая дрожь. Он боялся сорваться и заорать, но все же хорошо, что сам парень успел спрятаться, а то бы и его жизнь оборвалась. Вот только куда смотрела охрана? Но ответ на этот вопрос парень получил чуть позже, когда спустя часа четыре, покидал дом. На первом этаже около двери лежали двое ребят из охраны, а на лестнице перед телом отца лежал еще один. Выскочив из дома, как будто за ним гналась тысяча чертей, он добежал до ворот, но и там обнаружил только три трупа, вместо хотя бы одной живой души.

Делами компании отца занялся его компаньон, тот самый Назар Кириллович, которого парнишка на дух не переносил за его двуличие, жадность, лицемерие и подлость. И действия компаньона оправдывали эти качества в высшей степени. Через несколько месяцев после смерти родителей, Макс остался без средств к существованию. Назар сообщил Максу, что компания без его отца разваливалась прямо на глазах, поэтому теперь они банкроты. Потом, наняв лучших адвокатов, смог сделать так, чтобы вся империя перешла к нему. Парнишке ничего не оставалось, как задуматься о будущем, но таком будущем, чтобы можно было отомстить всем обидчикам, лишившим его всего.

Парень обратился к бывшему начальнику охраны отца, с которым Макс был в неплохих отношениях. Рассказал ему все, что с ним произошло, какую подлость совершил компаньон. Макс попросил того найти и свести с кем-нибудь из криминальных авторитетов. Тот просьбе не удивился, так как знал характер парня, а после рассказанного сам Бог велел отомстить, поэтому и пообещал помочь. А пока он будет искать, предложил Максу пожить у него, на что парень ответил согласием.

Через несколько дней за парнишкой приехала неприметная шестерка, которая и доставила его в какой-то дачный поселок. Домик, в который его провели, имел три этажа. Ставни на окнах были мастерски расписаны, а по всему двору были разбиты клумбы с цветами. Когда Макса провели внутрь, перед ним предстал представительный мужчина слегка за сорок. Выглядел он, как обычный бизнесмен средней руки. Ничего вычурного - на нем был надет белый строгий костюм, который хорошо смотрелся на загорелой коже. Волосы коротко стриженные, рыжеватого оттенка. Цепкие зеленые глаза с профессиональным интересом рассматривали парнишку. Наконец, когда осмотр был закончен, мужчина нарушил тишину.

- Так значит это ты хотел со мной поговорить? Что тебе нужно?

- Мне нужна работа.

- Зачем это тебе?

- Не хочу быть никому обузой. Меня сейчас приютил бывший начальник охраны отца, но я не хочу его обременять.

- Почему ты решил обратиться именно в криминальную структуру? Вот возьму и сделаю тебя убийцей, не испугаешься?

- Нет, напротив, буду только рад. Когда на твоих глазах убивают родителей, компаньон отца лишает тебя всего, что ты имел, это уже не жизнь, а существование. И ваше предложение, как нельзя лучше подходит мне.

- Для тебя так много значат деньги, что ты расстроился об их потере?

Взгляд мужчины стал меняться с колючего на пренебрежительный.

- Деньги здесь ни при чем. Я лишился родителей, а тот, кто их заказал, а заказал их компаньон отца, я в этом уверен, живет себе припеваючи и горя не знает. Вот я и хочу восстановить справедливость.

- Я подумаю над твоей просьбой, - сухо сказал мужчина и, развернувшись,пошел наверх, показав тем самым, что разговор окончен.

Максу ничего не оставалось, как ждать решения. Два дня парень не находил себе места, пытаясь добыть доказательства виновности в смерти родителей его компаньона, но везде натыкался на глухую стену. Все концы были оборваны, уцепиться было не за что. Поэтому оставалось надеяться только на согласие авторитета взять его к себе на обучение.

И через два дня дождался. Согласие на обучение было дано. Для этого парнишке пришлось на некоторое время переселиться в тот самый домик, в котором его принимали в первую встречу. Возражать он не стал и сделал все так, как было сказано.




Каждое утро начиналось с изматывающих тренировок, потом несколько часов отдыха и опять тренировки. Макса учили всему: стрельбе, борьбе, приемам самообороны, а еще развивали артистизм. С последнего Макс очень сильно смеялся.

- Зачем мне артистизм? - со смехом поинтересовался у учителя.

- Ты ведь хочешь быть лучшим, а чтобы им стать, ты должен не просто тупо пойти и убить кого-то. Тем более что некоторые заказы выполнить бывает очень трудно, вот и приходится проявлять смекалку и включать артиста, - доступно, как маленькому, стал объяснять учитель.




Прошло пять лет. Парень научился всему, что должен знать и уметь наемный убийца. А благодаря его хрупкости, заподозрить этого мальчика никто не смог бы при всем своем желании, чем он зачастую и пользовался. В драках парню тоже не было равных. Его внешность порой заставляла противников недооценивать парня, который знал и умел очень многое. Точечные касания в том числе, что помогало справиться с оппонентом, превышающим массу тела парня раза в три.

За быстроту, ловкость и оригинальность решений при выполнении заказа, Макса прозвали Молнией. Теперь все трудные или трудновыполнимые задания доставались Молнии. Еще за четыре года парень стал самым востребованным киллером, услуги которого обходились очень дорого.

С Максом обучался еще один парнишка, Костя. На почве обучения ребята сдружились и старались всегда держаться вместе, хотя учитель часто говорил Максу:

- Нельзя с кем-то близко сходиться, не бывает в нашей профессии бескорыстной дружбы.

- Почему не может, мы же с Костей дружим, - пытался переубедить своего учителя Макс, но безуспешно. Каждый из них оставался при своем мнении. - Единственное, что я хочу, чтобы ты запомнил одну простую истину: " Не верь, не бойся, не проси", - это тебе поможет в будущем.

И учитель, несмотря на неверие парнишки, как всегда оказался прав. Но для него такое постижение истины плохо кончилось.

И вот уже виднеются ворота тюрьмы, которая на ближайшие 25 лет станет его домом.

Глава 1.

Тюремная машина въехала в ворота тюрьмы. Во дворе осуждённых уже поджидали сопровождающие, чтобы помочь выгрузить ублюдков, которых привезли им сегодня.

В ней находилось четверо осужденных. Конвой в большом количестве выстроился живым коридором, когда открылась дверь и арестантам сказали выходить. Когда из проема показался молоденький парнишка с ангельской внешностью, тюремные конвоиры хохотнули:

- Какая птичка к нам залетела! - восхитился один.

- Смотрите, какой хорошенький, прямо вылитая девочка? - поддержал его второй. - И как тебе свезло завалить столько народу?

- Да не смешите наши тапочки, - сказал еще кто-то из шутников-охранников.

- И, тем не менее, это он и есть, - ответил один из конвоиров, привезших парня.

Он был одним из тех, кто участвовал в задержании парнишки и своими глазами видел, на что тот способен. Теперь же ему оставалось внимательно наблюдать, чтобы исключить любую возможность побега или еще какого-нибудь непредвиденного обстоятельства. Ведь никто не знает, что можно ожидать от этого с виду смирного мальчика.

- Ну-ну, посмотрим, какой он здесь будет крутой, с такой-то внешностью. Может среди Машек он и блеснет крутизной, ха-ха, - не унимался охранник.

- Да его опустят, не успеет он и "мамочка!" сказать.

Конвоир скептически оглядел охранников.

- Сочувствую я тому, кто осмелиться разозлить этого ангела. Я участвовал в его задержании, видел, с какой одержимостью он калечит людей, а дерется и вовсе как загнанный в угол зверь, - на полном серьезе проговорил он.

С грохотом раскрылись двери главного блока и стало не до разговоров, так как парень уже приближался к дверям. Когда Макс поравнялся с тем, кто так рьяно пророчил ему роль опущенного, то только глянул на говоруна. В глазах парня плескалось море ненависти, злости и обещания мести, и тот понял, что нажил себе очень опасного врага. Отчуждённое лицо Макса обещало все кары мира любому, кто рискнёт приблизится. Поэтому не только у говорливого охранника побежали мурашки, но и у всех, наблюдающих за этой безмолвной беседой, так как такого моря ненависти и неприкрытой злобы они не видели. Взгляд парня был холодным и отрешённым, словно ему было наплевать на них всех вместе взятых. Охранник видел такие глаза только у приговорённых к смерти. Людям, которые смотрят "так" нечего терять, они ничем не дорожат и они могут пойти на смерть, лишь бы раздавить своего врага. Как у столь молоденького парня уже могло появиться такое пренебрежение жизнью, он не мог понять...

Пройдя процедуру досмотра, парнишка отправился в камеру, где ему предстояло знакомство с сокамерниками. Во время самой процедуры и в то время, пока его вели по коридору, парнишка думал о том, как же его угораздило попасть сюда. За что тот, кого он считал другом, его предал. Как же ему быть дальше. Он однозначно собирался сбежать, вот только как это сделать? Но то, что он здесь не останется на весь срок, так это точно. Так, за своими думами, он и не заметил, как они оказались возле камеры. Охранник, открыв дверь, запустил парня внутрь.

Когда Макс оказался на пороге камеры, дверь за его спиной с лязгом закрылась. На него уставилось двадцать пар глаз. Мужчины его рассматривали с разными мыслями, скрытыми за тяжелыми взглядами. Как впоследствии узнал парнишка, контингент камеры составляли воры, убийцы, насильники. Тишину нарушил мужичок лет сорока, может чуть больше, ведь в тюрьме сложно определить реальный возраст заключенных. Макс сразу понял, что это смотрящий, с двух сторон стояли два поджарых зека, остальные замерли перед ним.

- Ну, здравствуй. Кто ж ты такой будешь? По какой статье? Представься народу, - начал свою речь мужчина, на лице которого сияла добрая улыбка, только глаза выдавали хищника.

- Можно подумать, вас еще не проинформировали? - ответил парнишка, без страха глядя на смотрящего. - Ты и сам прекрасно осведомлен и о том, кто я, и по какой статье чалюсь. Так что опустим подробности. А зовут меня Макс.

- Ах ты, щенок, ты как разговариваешь со старшими? - вызверился один из зэков, и уже собрался было броситься на Макса, но мужичок удержал.

- Постой, Клык, успеете его еще порвать на ленты, - терпеливо сказал он и повернулся к Максу. - Я бы хотел услышать это от тебя, сынок, и без выкрутасов, - спокойно и рассудительно произнес мужчина.

Глядя на смотрящего (а то, что это именно он, сомневаться уже не приходилось, так как то, как на него смотрели все зеки, манера его разговора, все указывало, что этот человек в большом авторитете), Макс испытал двоякое чувство. С одной стороны - уважение, так как все в этом мужчине вызывало уважение, особенно его вежливая манера разговора. Недаром учитель всегда говорил, что чем выше человек в криминальной иерархии, тем вежливее его речь. А вторым чувством была уверенность в том, что они поймут друг друга и подружатся, в той степени, в которой это применимо к тюремной среде.

- Хорошо. Статья 105 Уголовного Кодекса РФ, решение суда - двадцать пять лет лишения свободы в колонии строгого режима. Я наемный убийца. Больше мне нечего вам сообщить. Такой ответ вас устроит?

Макс не выказывал этого, но он не терпел подчинения и отчитывался только перед учителем.

- Устроит. Вот только глядя на тебя что-то не верится в то, что ты именно тот, о ком нам говорили, - с сомнением глядя на Макса, произнес смотрящий.

И тут парнишка вспомнил слова учителя на единственном свидании, которое им предоставили, благодаря связям последнего: "- Запомни, я пробил, тебя отправят в Т***, за всё уже проплачено. Попадёшь в камеру к Никифору. Скажешь ему, что Вольный смотрит за Павликом, его сыном, и ждёт от него того же. Если нужно - говори что ты мой сын, всё что угодно, чтобы выжить. Только запомни слово в слово, спутаешь имя и тебя порвут, Макс", - он тогда только кивнул головой.

Но теперь, стоя перед урками, когда казалось, что более нереальной ситуации в его жизни быть не может, он повторил про себя слова учителя. Он верил Вольному, который за девять лет стал ему практически отцом, тем более, что смотрящий задал ему очередной вопрос:

- И чем же ты, сынок, можешь доказать, что ты тот, за кого себя выдаешь?

Взгляд мужчины стал колюче-холодным, испытывающим.

- Ты и вправду убийца?

- Я должен что-то доказать, разве моего срока и того, что я тут недостаточно?

- А вдруг ты левый лошок, которому пришили в несознанке дело, откуда нам знать? - сказал один из заключённых.

Макс даже не удостоил того взглядом.

- Ты - Никифор? - в свою очередь поинтересовался парнишка.

- Допустим. Откуда ты меня знаешь? - удивился смотрящий.

- Вольный просил тебе передать, что он присматривает за твоим сыном, Павликом, и ждет ответной услуги от тебя.

Сказать, что Никифор удивился, это ничего не сказать. Он был просто изумлен словами парня, поэтому только через несколько минут обрел голос. Сказанное было понятно лишь им двоим, но упоминание воли, сына по ту сторону стены, свободы взбудоражили спокойного на первый взгляд мужчину. Остальные стояли и смотрели, они не могли понять, от чего удивляется смотрящий. Но, возможно, кто-то догадался, что у Макса были хорошие связи.

Через минуту, обдумав ситуацию, смотрящий подошел вплотную к Максу.

- Но этого не может быть! Ты не можешь его знать... - воскликнул мужчина. - У него было только два ученика и один из них легендарная...

- Достаточно, - перебил Макс, понимая, что грубить не стоило. Но он не мог позволить смотрящему раскрыть то, кто он есть. Пока не мог. Может со временем он и расскажет, но не сейчас. Уважение надо заслужить не прошлыми делами, а действиями в настоящем.

- Главное, что вы поняли, кто я, а остальным об этом знать еще рано. И извините за грубость.

- Ничего, я тебя прощаю. Расскажи, как там Вольный? Все еще в законе? - стал засыпать Макса вопросами Никифор.

- Да. И не только, вот и меня с "другом" (слово друг Макс выделил такой интонацией, что вопросов об истинности этой дружбы уже не возникало) учил всему, что знал сам.

- Да, Вольный когда-то был одним из лучших киллеров, тоже легендарная личность. Для меня было неожиданностью узнать, что он взял учеников.

- На тот момент так сложились обстоятельства, я очень нуждался в работе и Вольный ее мне дал, пусть и таким способом. Но жаловаться мне не на что. Я всем доволен, - ответил Макс, краем глаза замечая, что некоторые зеки усиленно прислушиваются к их разговору, при этом выражения их лиц не предвещали ничего хорошего.

Это заметил и смотрящий. Поэтому, поспешив закончить расспросы и выслушивание новостей с воли, предложил парню располагаться, показав тому место на нарах, находящихся недалеко от самого Никифора. Макс воспользовался предложением, закинул вещи на нары и улегся на них. Но долго расслабляться ему не дали. Один из тех, кто пытался подслушать его разговор с Никифором, но так ничего и не понял, подошел к парню и, улыбаясь кривозубой и ехидной улыбкой, произнес:

- Что, паря, не успел прибыть, а уже решил завести выгодные знакомства. Так вот, у нашего смотрящего есть постоянная Машка, так что не рассчитывай на поблажки. Пройти придется через всех, - высказавшись, он ехидно заржал и с издевкой глянул на парня.

- Смотри, чтобы эта роль не досталась тебе. Я не выношу пустых оскорблений и просто наказываю за них, - не вставая, произнес Макс.

- Ах ты ж, тварь. Да я прямо сейчас тебя опущу и пущу по кругу, - разозлился кривозубый и бросился на парня.

А тот зря времени не терял. Со скоростью молнии он вскочил с нар и стал в расслабленную позу, которая могла обмануть кого угодно, кроме тех, кто разбирался в боевых искусствах. Но, судя по всему, кривозубый в этом не разбирался, так как эта поза парнишки не вызвала у него опасения и он бросился на Макса. Никто даже заметить не успел, что предпринял парнишка, но через несколько секунд кривозубый уже лежал на полу, корчась от боли в вывихнутой руке и скулил, как щенок. Пнув кривозубого в бок ногой, Макс произнес:

- Одно из правил гласит: никогда не недооценивай противника и не оскорбляй того, кто заведомо сильнее. Внешность бывает обманчива. Вот тебе результат, - произнес Макс с пренебрежением, а затем, отвернувшись от поверженного зека, опять устроился на нарах.

- Я тебе еще отомщу. Впереди ночь, а спать надо всем, хоть иногда, - произнес с затаенной злобой кривозубый, который никак не мог пережить того, что какой-то мальчишка его так уделал, причем за считанные минуты.

- Удачи. Тебе тоже иногда спать надо. Так и будем друг другу мстить, - с улыбкой ответил на выпад зека Макс.

- Что здесь происходит? - послышался голос смотрящего, подходящего к обоим нарушителям спокойствия. - Макс, ты только явился, а уже влез в разборки.

- Кое-кто решил проверить уровень моей подготовки, вот я и продемонстрировал. Первым я никогда не нападаю, - равнодушно отозвался парень, хотя в душе бурлила злость.

- Ладно, разберемся.

А потом, обращаясь к кривозубому, сказал:

- Мой тебе совет на будущее - не связывайся с Максом. Если он разозлится, тебя ни одна реанимация не соберет. И я сейчас не его защищаю, а о тебе беспокоюсь.

На этом разговоры закончились. Все зеки занялись своими делами, некоторые как-то странно посматривали на Макса, но сказать ничего не решались, во всяком случае, пока.

Глава 2.

Ночью, помня о предупреждении, Макс не спал, благо, что привычка, выработанная годами, вполне позволяла ему не спать по несколько суток. Вот и сейчас его интуиция просто вопила об опасности, поэтому парень лежал с закрытыми глазами и прислушивался ко всем шорохам и голосам, доносившимся до него.

Когда перевалило за полночь и все зеки наконец угомонились, до Макса донесся едва слышный шорох. Если бы не обостренный слух и хорошая и быстрая реакция, то...

На него навалилось двое человек, а третий пытался расстегнуть пуговицы на штанах. Парнишка ужом извернулся, чуть не вывернув руки из суставов, и нажал несколько точек на шеях тех, кто пытался его удержать. Они обездвиженные безвольными куклами упали на пол, только в глазах у них застыл ужас от того выражения глаз, которое было у Макса. А при свете одной еле-еле горящей лампочки, свет у которой на ночь приглушают, это выражение выглядело еще более зловещим, чем оно было в действительности.

Повернувшись к третьему несостоявшемуся насильнику, Макс зловеще улыбнулся, так как перед ним стоял тот самый кривозубый, который не смог перенести отпора парня. Тот, глядя на трясущегося зека, произнес:

- Я, кажется, тебя предупреждал. Неужели ты думал, что подговорив дружков, сможешь со мной справиться? Меня при задержании пятеро держали и то пришлось звать подмогу, а тут всего трое, тьфу, - сплюнул он.

- Кто ты? Что ты с ними сделал, почему они не двигаются? - заныл кривозубый, глядя со страхом на парня.

- Всего лишь применил кое-какую технику точечной борьбы, - послышался сбоку голос смотрящего, который подходил к ним с раздраженным и злым взглядом, ничего хорошего не обещающим. - Что здесь происходит?

- Он покалечил Зяму и Птицу, - заныл кривозубый, заискивающе глядя на смотрящего. - Надо его наказать за это, а то он тут всех перекалечит.

- Что, просто так, взял и накинулся на бедных сонных парней и покалечил? - ехидно поинтересовался мужчина.

- Да. Ему, видите ли, стало скучно и он решил размяться, - врал все более нагло кривозубый.

- А почему они тогда валяются возле лежака Макса?

Видно эта игра очень увлекла Никифора, так как он постарался сделать как можно более серьезное лицо, чтобы не усмехнуться.

- Так он их сюда и перетащил, - все больше погрязая во лжи, стал выкручиваться кривозубый.

- Знаешь, что я тебе скажу, Чалый? - уже теряя терпение, спросил Никифор у кривозубого.

- Что? - с подобострастием и надеждой на хороший исход его авантюры, спросил несостоявшийся насильник.

- Ты попал, Чалый, - жестко и холодно произнес смотрящий, - я, кажется, запретил разборки. Более того, ты решился попытаться опустить парня самостоятельно, а это, как ты знаешь, не твоя прерогатива. Поэтому и наказание у тебя будет соответствующее. А теперь всем спать.

Чалого затрясло не по-детски. Он понял, на какое наказание он попал, но что-то изменить уже не смог бы никаким образом.




Утром, после завтрака, состоящего из какой-то пресной каши (о существовании которой Макс и не подозревал) и чая, зеков вывели на прогулку. Никифор, пока все прохаживались по дворику, сидел на стуле в компании двоих своих шестерок. Потом он что-то шепнул одному из них, после чего последний куда-то убежал, а вернулся уже в сопровождении еще одного зека. Они о чем-то поговорили, после чего, вновь пришедший урка отправился по своим делам, а Никифор, подойдя к одному из охранников, что-то ему сказал, на что тот только кивнул головой. На этом их разговор и закончился.

Во время прогулки к Максу подошел один из зеков и, в упор рассматривая парня, произнес:

- Это ты у нас новенький? Тот, который матерый убийца?

При этом урка скривился и попытался взглядом выразить свое презрение, но Максу на его взгляды было глубоко наплевать, поэтому он, прямо и жестко глядя в глаза зека, ответил на завуалированное оскорбление спокойствием.

- А ты желаешь проверить уровень моей подготовки? Так я не против размяться. Один такой проверил...

Дальше Макс продолжать не стал, а просто отвернулся, не дожидаясь ответа.

- Может и желаю. Не боишься, что покалечу и подпорчу твою смазливую мордашку? - с ехидцей поинтересовался зек.

- А тебе, я вижу, моя мордашка покоя не дает? Небось, глядя на меня, уже и обкончался весь? - не остался в долгу Макс. - Но размяться, я думаю, стоит.

- Зачем же дело стало? Нападай, - оскалился урка.

- Первым никогда не нападаю. Принцип такой, - становясь в расслабленную позу, произнес Макс.

Вокруг них тут же образовался круг из зеков, которые были рады хоть какому-то развлечению. В глазах горел интерес, хлеб был, а вот зрелищ не хватало. И вот такая возможность представилась. Со всех сторон послышались подбадривающие выкрики зеков урке, начавшему драку:

- Давай, Кривой, порви его, как Тузик грелку.

- Да, Кривой, такую лапочку решил отхватить.

- Кривой, ты только мордашку сильно не уродуй.

И все в таком же духе. Но Макса эти выкрики не волновали. Он был собран и сосредоточен, хотя по его виду этого не скажешь. Началась драка. Кривой бросился на парня, метя ему в солнечное сцепление, но парень с легкостью увернулся и с разворота ногой врезал Кривому под коленкой. Тот с трудом, но выстоял на ногах и врезал Максу по скуле. Но и парень без дела не стоял, послал Кривому нижний хук, после которого у того голова мотнулась из стороны в сторону, а в глазах звездочки заплясали. Не дав Кривому опомниться, Макс схватил того за космы и долбанул головой об колено. Завершил серию ударов апперкотом, после которого Кривой безвольной кучей повалился на землю, весь залитый кровью.

Тишина, последовавшая за этим, просто оглушала. Все стояли и не могли поверить в то, что какой-то пацаненок запросто свалил того, кого свалить было невозможно. Кривой был самым задиристым, умевшим и любившим драться по поводу и без. Еще никому не удавалось одержать победу в драке с этим зеком. И как это удалось Максиму, всех поразило.

Тут в круг вошел Никифор и, обведя всех пристальным взглядом, произнес:

- Надеюсь, теперь вы понимаете, что один из лучших убийц не стал бы им за красивые глазки? Впредь не стоит недооценивать противника. Но вот злить Макса не советую. Тем более сейчас он под моей защитой, хотя я и сомневаюсь, что он в ней нуждается, но все же... Всем все ясно?

После заданного вопроса, в котором звучала сталь, зеки дружно закивали головами. На этом прогулка подошла к концу. Зеков стали выводить со двора и сопровождать в камеры. К Чаче и Максу подошел один из охранников и приказал следовать за ним. Что они и сделали. Только Чача, после очередного поворота, забеспокоился и попытался узнать у охранника, куда их ведут:

- Куда мы идем? Наша хата в другом конце.

- Придем - увидишь. И не задавай вопросов, а шевели поршнями, - грубо ответил конвоир.

Подходя мимо запертых дверей камер, беспокойство кривозубого росло в геометрической прогрессии, а около двери одной из камер, где они остановились, достигло своего апогея. Его начало мелко трясти. Но охранник, не обращая на это внимания, открыл дверь камеры и пропустил внутрь и Макса, и Чалого. После этого с лязгом захлопнул за ними дверь камеры, бросив напоследок:

- Развлекайтесь, мальчики.

Оба вошедших застыли около двери, глядя на четверых сидящих вразвалочку на стульях зеков. А Макс удивился тому, что в этой камере был только стол и четыре стула, на которых и разместились зеки. Тела их были сплошь испещрены наколками не оставляя ни сантиметра чистой кожи. Они рассматривали вошедших и Макса в частности. А сам парень в это время рассматривал рисунки на их коже. Картинки впечатляли. Но долго любоваться произведениями искусства нательной живописи ему не дали, один из урок нарушил тишину, перестав рассматривать Макса.

- Ну и кто из вас Макс? - с нахальцой спросил тот. Его взгляд шарил по телу парня, явно надеясь на то, что Чалым окажется симпатичный пацан.

Услышав их вопрос, Чалый, обрадовано тыча в парня пальцем, заговорил:

- Парни, вот он. Нарывное чмо посмело махать своими культяпками, а я говорил, что его надо выебать и точка!

- Выебут тут только тебя, Чалый, потому что ты на правильных пацанов прыгаешь. Никифор сказал, что ты пошел против его слова.

- Я... Нет... Он, это он нарвался!

Один из урок вскочил и влепил Чалому затрещину так сильно, что чуть искры из глаз не посыпались.

- Тебе что, некуда хер свой совать, сука! Никифор сказал - нельзя! Ты русских слов не понимаешь? Так мы тебя быстро научим!

- Нет... Не нужно. Зверь, пожалуйста, я же не опущенный!

Зверь смотрел холодно и только положил руки на плечи Чалого. Его ладони давили, настаивая, чтобы тот стал на колени, и Чалый подчинился.

- Мы тебя всё равно трахнем, - сказал он. - Будешь брыкаться - порвём, хочешь?

Чалый смотрел по сторонам с диким выражением смеси ужаса и неверия в глазах.

- Не надо... не надо...

Зверь расстегнул ширинку и Макс увидел его член. Большой, уже наполовину возбуждённый, с красной блестящей головкой. Было странно и немного дико наблюдать подобное.

Зверь повозил головкой по губам Чалого и тот раскрыл рот, остальные мужчины смотрели на происходящее с нескрываемым интересом.

- Соси! - приказал урка. - И чтобы никаких зубов, иначе останешься без них.
Чалый заглотнул его конец и начал неумело сжимать его губами. Зверь сам стал двигать у него во рту членом, засовывая на такую глубину, что Максу казалось, будто еще немного и Чалый блеванёт. Продолжалось это довольно долго, потому что уставший Чалый начал скулить и плакать, а Зверь всё не кончал. Схватив его за волосы и оттянув голову, он задрал ее так сильно, что даже Максу стало жаль этого тупого ублюдка. Урки не знали жалости.

- Миха! - сказал зверь, - расшторь его!

Чалый заскулил, по его подбородку стекала слюна, в глазах стояли слёзы. Миха подошел и сдернул с Чалого штаны вместе с трусами, так что они повисли у самых колен.

Зверь кивнул Максу.

- Он хотел тебя опустить, теперь ты должен его распечатать.

Миха погладил белую и довольно сплюснутую задницу Чалого, развел в стороны половинки и надавил пальцем на вход. Когда Чалый снова стал умолять, Зверь с размаху ударил его по лицу. Поток слов тут же прекратился, но затравленный взгляд, в котором еще светилась надежда, не пропал. Макс не мог поверить, что должен сделать это. Но все смотрели на него, и он потерял бы свой авторитет, отказавшись. Ситуация была безвыходной.

- Что, мальчик, испугался? - скалясь, спросил Миха, бугор на рабочих штанах которого говорил о том, что он сам не прочь распечатать Чалого.

Макс постарался отрешиться и подумать о чем-то менее отвратительном, чем происходящее. Но у него тоже стоял, больше от ощущения власти, чем сексуальности происходящего.

- Я что, должен натянуть его даже без резинки? - попытался выкрутиться Макс.
Миха рассмеялся.

- Какие мы нежные, - без злобы сказал он и достал из кармана пакетик. Макс словил его на лету. - А сам ты, с такой-то мордашкой, не пробовал?.. - Миха присвистнул.

- Нет, - отрезал Макс, и дрожь отвращения прошла по спине.

Он постарался не снимать сильно штаны, потому что не хотел светить задницей. Эти люди могли так же опустить его, если бы не Никифор. Он быстро надел презерватив и подошел к Чалому. Зверь одобрительно улыбнулся Максу.

- Малец, помни только, что эта гнида тебя бы не пожалела...

Макс стиснул зубы и положил руки на бёдра Чалого. Он не хотел насиловать этого зека, но Зверь был прав. Слабости не место в этих стенах.

- Я знаю.

Заботливый Миха предложил поплевать, прежде чем входить, и Макс последовал совету. Смазав дырку Чалого, с напором протолкнулся. Когда яйца шлёпнулись о голые ягодицы мужчины, Зверь притянул его голову к своему паху. Внутри зека было до одури узко и как-то совершено по-другому, чем все, что Макс испытывал до этого. Сухо, горячо, развратно...

Чалому ничего не оставалось делать, как открыть рот и попытаться принять член Зверя. Он опять заглотнул и стал давиться и кашлять. Тогда зек взял кривозубого за голову и стал насаживать на свой член, не обращая внимания на то, что Чалый задыхается и пытается удержать рвотные позывы.

В это время Миха и второй - Гриня, расстегнули штаны и вывалили свои концы, надрачивая рукой. Они стояли и просто смотрели, как Зверь пялит Чалого в рот, а Макс засаживает сзади.

Макс усердствовал с упорством школьника в первый учебный день, отводя бедра и посылая их вглубь, размеренно наслаждаясь процессом, а не тем, кто лег под него. Чалый уже никогда не поднимется в тюремной иерархии, его вафлили, ебали, как сучку. Он опущенный.

Макс этого не хотел, но так вышло. А ему еще непонятно сколько куковать в этом курятнике с мечтами о свободе и мести. Неужели это то, чего он заслужил от жизни? После ужасной смерти родителей? Да, он убивал, но люди, которые погибли от его руки, были не лучше тех, что убили его родителей.

Удовольствия от разрядки Макс не получил почти никакого, потому что вокруг него были одни скоты, которым нужна был только плоть Чалого, который сделал ошибку и теперь опущен. Зверь кончил следом за Максом, с силой вжимая лицо мужчины себе в пах. Чалый давился его спермой, но глотал.

Парень был рад, что его задача выполнена и с брезгливостью выбросил использованный презерватив. Миха и Гриня подобрали Чалого и разложили его на столе, только в отличие от Макса, Миха обладал какой-то врождённой жестокостью. Он специально засаживал Чалому так, что тот орал и выпускал член Грини изо рта.

Макс не отводил взгляд, понимая, что это тоже выражение слабости. Зверь подошел к нему и остановился рядом.

- Не любишь насилие?

Парень пожал плечами и урка усмехнулся.

- Ты еще полюбишь такие моменты. Двадцать пять лет - это тебе не шутка.

- Мне есть ради чего выживать.

- Семья на воле?

- Скорее враг.

Зверь хрипло рассмеялся и Миха обернулся к ним, оскалившись.

- Пустите его по второму кругу? – спросил Гриня и Чалый затрясся.

Зверь отказался, Макс, даже если бы его заставили, не стал бы трахать задницу, в которой бывал Михин член.

Гриня с Михой поменялись местами и позабавились еще, наслаждаясь болезненными криками Чалого. По бедрам зека уже давно текла кровь и Макс испытывал брезгливость.

- Ты поступил правильно, парень, что опустил его первым, - сказал Зверь. - Слухи пойдут и теперь уже другие дважды подумают, прежде чем лезть к тебе.

- Я не нападаю первым, но это не значит, что я слаб.

- С такой внешностью, как у тебя, всегда будут находиться желающие тебя поиметь.

- Неужели внешность - это показатель?

Зверь хмыкнул.

- На смазливые лица западают любители парней. Мне сиськи не заменит даже самая красивая мордашка.

Макс ощутимо расслабился от слов Зверя, он понял на что намекает ему урка. Таким, как Зверь, было всё равно, как он выглядит, главное - поставить себя и не уронить за годы отсидки. Но Макс пообещал себе, что недолго будет опираться на Никифора, он сам в состоянии сделать так, чтобы его слово уважали.

Когда Миха с Гриней закончили, Чалого оставили лежать на полу, прикрыв полотенцем. Зверь сказал, что он сам должен уйти, когда оклемается. Чалый был растоптан.

Глава 3.

Вернувшись в камеру, Макс без сил опустился на нары. Все зеки уже знали, где парень был и чем занимался, поэтому, глядя на его расстроенно-брезгливое выражение лица, лезть к нему никто не спешил. Только Никифор подошел и поинтересовался:

- Что произошло, что на тебе лица нет?

Макс не хотел видеть даже своего защитника. Мучить людей он никогда не любил, а в тюрьме без этого нельзя.

- Откуда же ему быть? Мне не нравится, как опустили Чалого, но он ведь не отстал бы, да? - скривился парень так, как будто раскусил лимон.

- Верно. Но ты ведь трахал его? Ты должен понимать, что дело тут даже не в сексе.

- Я не привык к такому.

- Знаешь, тебе сидеть долго. Даже имея отличную выдержку, можно слететь с катушек от недотраха, вот и приходится пользоваться тем, что имеется в наличии. Даже у меня есть мальчик, с которым я выпускаю пар, для этого не нужно калечить или насиловать, - испытывающе глядя на парня, произнес смотрящий.

- Возможно, это просто не моё?

- Я видел парней и более гордых, чем ты. Когда тело требует, ты будешь на стену лезть, лишь бы не кончать в кулак.

- Все может быть, - задумчиво сказал Макс, раньше он мало внимания уделял отношениям и за годы свободной жизни они были недолгие, но он не был зациклен на сексе. Ему не нужна была семья, но ценность чего-то понимаешь, только лишившись этого чего-то.

- Никифор, я постараюсь держать себя в руках, ну а если будет нужда, надеюсь, ты меня научишь?

- Да я и поделюсь с тобой, - он указал в угол на замызганного парня, трусливо оглядывающегося. – Это моя «давалочка».

Макс с ужасом смотрел на зашуганое существо. И с такими приходиться спать?

- Спасибо за предложение, но я пока пас. Еще не чувствую себя освоившимся.

- Ну, как знаешь, - сказал Никифор. Он вальяжно рассматривал своего паренька, отчего тот забился в самый угол камеры.

- Никифор, а ты давно здесь?

- Да уже с десять лет как.

- И как тут дела обстоят, что к чему? - спросил Макс и посмотрел Никифору прямо в глаза, как бы пытаясь донести до него какую-то информацию, не предназначенную для посторонних. – Почему Чалый напал на меня тут, а насиловали его в отдельной камере?

- Ты прав, правила нужно знать.

- Я хотел бы знать, что к чему, чтобы не наломать дров.

- Ты ведь что-то задумал? - шепотом с интересом спросил мужчина.

- Да, но пока об этом рано говорить. Расскажи лучше о правилах в этой тюрьме, какая работа? Кого нужно уважать? О правилах в камере.

- Как много вопросов, - заулыбался Никифор, - но я начну, пожалуй, с последнего. - Дело в том, что, как ты сказал, это слишком мерзкое дело, поэтому здесь этим занимаются только блатные, как наказание за провинность. А непосредственно в камере мы такую грязь если и разводим, то только в исключительных случаях. Чалый нарушил именно это правило, поэтому и получил то, что заслужил.

- Все это, конечно, интересно, но если у вас правило - никого не трахать в камере, то как вы тогда...

- Все очень просто. Я не сказал, что нельзя трахать, я сказал, что нельзя опускать человека без уважительной причины, а это, согласись, две большие разницы. Но мы стараемся удовлетворить свои потребности в одной из камер для свиданий. А то как-то не особо хочется светить перед всеми голой задницей. Но некоторых, особо нетерпеливых, этот факт не останавливает, поэтому они приводят Машек сюда, - растолковывал все терпеливо смотрящий.

- Ладно, с этим понятно, давай дальше, - немного нетерпеливо произнес Макс.

- Ну, с работой, я думаю, ты и сам в состоянии разобраться. Мы обрабатываем бревна, а затем спускаем вниз по реке. А так же, некоторые бревна распускаем на доски, за которыми раз в неделю приплывает катер, который и забирает их, погрузив на плот, находящийся на буксире катера, - попытался доходчиво объяснить Максу специфику работы Никифор.

- А где швартуется катер, за ограждением или перед ним? - в какой-то задумчивости, насторожившей смотрящего, спросил Макс.

- Ты определенно что-то задумал, вот только понять бы что, - задумался над вопросом мужчина.

- Так все же, где? - не унимался парень.

- За ограждением. Он подплывает прямо к береговой плите, находящейся около мастерской. Там же находится и пост охраны, которая встречает, контролирует погрузку, а затем и провожает катер. – Поняв, куда клонит парнишка, обстоятельно расписал все нюансы смотрящий, - только вот около плиты находятся вертящиеся лопасти, которые выключают только при приближении катера, а потом снова включают. А сам катер усиленно охраняют, а затем детально проверяют, чтобы исключить всякую возможность побега.

- В любой, даже самой продуманной системе, можно найти слабое место, и эта система не без изъяна, - уйдя в раздумье, проговорил парень.

- Это ты сейчас о чем? - заинтересованно спросил Никифор.

Но паренек, будто очнувшись от собственных мыслей, встряхнул головой и проговорил:

- Да так, о своем. Пока еще рано что-то говорить. Надо все хорошенько обдумать, есть в твоих словах какая-то зацепка, но пока не могу понять какая. Как только пойму, расскажу.

- Макс, ты не умнее системы, я просто присматриваю за тобой, но новый срок мне не нужен.

- Мне нужно на волю, Никифор, я слишком много потерял в этой жизни, чтобы гнить в тюрьме четверть века…


На этом их разговор завершился. Пришли охранники, чтобы вывести всех на работу, а заодно и Макса приобщить к общественно-полезному труду.

Их привели в мастерскую, где находилось пять станков по обработке древесины, два пилорежущих станка, которые разрезали бревна на доски, делая заготовки, которые потом и обрабатывались на станках, имея разные размеры изготавливаемых досок.

Также в мастерской находился стол с рубанком для обработки заготовок, вот на него и определили Макса, как в насмешку. Туда требовался мужик с высоким ростом и огромной физической силой, но парень не стал ничего говорить, а просто подошел, окинул взглядом фронт работ и принялся за дело. И пусть у него и не было огромной физической силы, но было стремление, упорство и упрямство, что все вкупе компенсировало некоторые недостатки.

Заключенные, понаблюдав за этой картиной, не нашли ничего, к чему можно было придраться, поэтому разошлись каждый по своим местам. Максу сначала было тяжело, но постепенно он стал втягиваться, хотя к концу рабочего дня чувствовал себя так, как будто по нему пробежалось стадо слонов. Но он постарался не подавать вида, чтобы не вызвать у злопыхателей желания понасмешничать.

После душа их отправили по камерам. Спал Макс в ту ночь как убитый.

В последующие несколько дней все происходило по накатанной схеме: завтрак - прогулка - работа - обед - работа - ужин - прогулка - сон. Только находясь в мастерской, Макс прикидывал кое-что в уме, рассматривал берег и думал. Кое-какие мысли у него уже появились, вот только для осуществления задуманного ему требовались некоторые предметы, без которых задумка не удастся. Например, железная трубка с крюком на конце в количестве двух штук, а так же трубка, с помощью которой можно дышать под водой. Но просить кого-то выточить данные предметы парень не хотел, так как у него не было никакого желания распространяться о своих планах и задумках.

Вот в один из дней, выйдя на перекур, хотя Макс и не курил, но раз все говорят: на перекур - значит пусть будет перекур, он подошел поближе к мосткам и стал более детально все рассматривать, пока его не отвлек голос одного из охранников:

- Ты что здесь делаешь? А ну марш работать. Здесь находиться нельзя.

Макс обернулся к говорившему и удивился. Перед ним стоял молодой привлекательный мужчина, не чета остальным охранникам. На вид ему было не больше двадцати пяти, но впечатление могло быть обманчиво. Макс сам удивился интересу, с которым разглядывал его. Раньше другие мужчины не привлекали его внимания. Но когда охранник сурово взглянул на него и снова указал, что Максим должен уйти, захотелось поспорить. Чтобы задержаться и рассмотреть его еще ближе, заглянуть в глаза.

Но он пересилил себя. Никифор говорил, что за непослушание охранники могут наказать, а он был слишком вымотан, чтобы терпеть побои.

За эти несколько дней парень привык к физическому труду, поэтому у него уже не так болели мышцы и не приходилось постоянно напрягаться. Недаром говорят, что человек такая скотина, что может приспособиться к любой обстановке. Вот только Макс хотя и приспособился, но мириться с таким положением вещей не хотел.

Практически каждый вечер он разговаривал с учителем, узнавал новости. Одна из новостей его очень обрадовала. Во время разговора Макс решил задать учителю вопрос о друге.

- Как там Костя поживает?

- Достал он всех, - даже не видя собеседника можно было уловить, как скривился учитель, - он пытается занять твое место, берется за трудновыполнимые задания и, естественно, их проваливает, а это все сказывается на моей репутации. А после провала он напивается и идет крушить и громить все, что попадется на его пути. Более того, за ним уже числится несколько убийств ни в чем не повинных граждан, а это не есть хорошо.

- И что вы намерены предпринять? - с азартом поинтересовался Макс.

- Ты и сам прекрасно знаешь ответ, - не стал распространяться мужчина, - так что в скором времени жди "дорогого" гостя, только в том же качестве, что и ты.

- Вот это действительно хорошая новость, спасибо, порадовал, - обрадовался парень сообщению о скорой встрече.

Еще несколько минут поговорив ни о чем, они распрощались. Макс передал новости Никифору, который все это время с интересом следил за ходом беседы. Он все больше поражался, как в одном человеке могут сочетаться абсолютно разные качества: то он радуется, как ребенок, что глядя на него, ни в жизнь не скажешь, что пред тобой мало того, что взрослый мужчина, так еще и матерый убийца. А в следующую секунду и взгляд, и манера разговора меняется и вот теперь сомневаться в его профессии уже не приходится. Никифору за всю свою жизнь еще не приходилось встречать настолько сильную, целеустремленную личность, которая всегда полагалась только на себя, не принимая ничью помощь.

Никифор решил поинтересоваться у парня, что же он задумал.

- Ты какой-то задумчивый все время, тебя что-то гложет?

- Да нет, просто появилась у меня кое-какая мыслишка, - ответил Макс, искоса поглядывая по сторонам и замечая заинтересованные взгляды зеков, прислушивающихся к их разговору, - но об этом говорить пока рано. Как докумекаю до конца задумку, так сразу и поделюсь, - говоря это, парень повел глазами, давая понять, что информация не для общего пользования, а вокруг слишком много свободных ушей.

Оглядевшись, Никифор согласился и они решили отложить данный разговор на потом, когда рядом никого не будет и никто не сможет подслушать.

@темы: ориджинал, Киллер